masterwind: (Default)
Сам я бестолков и необучен, поэтому могу сдуру ляпнуть и влезть не в тот ряд... да ладно если только себя дураком выставлю, это не беда, а кого-то могу ненароком задеть или обидеть (есть прецеденты, особенно духовные особы страдают, чуйственные и с тонкой организацией )), поетически, так сказать, настроенные, цвяточки-звездочки нюхающие и изящным слогом шуршащие...). Поэтому, чувствуя изредка, что влезть влез, а дурак дураком, пытаюсь для себя прояснить — ну, типа чтоб не наступать на грабли в следующий раз, на которых кто-то стоит.
Вот и сейчас — чувствую, что «плаваю в теме» ).
Просветите, православные (и не очень).

masterwind: (Default)
Попросили тут... вобщем, искал одну книжку — «Книга скорбных песнопений» Григора Нарекаци, зашел на ресурс — формат книг требует ридер (читалку) типа этих или этих, а некоторые и этих. Но если кто в КПК или специальном девайсе читает — удобно конечно... я-то книг не читаю :)).
Заодно скачал Аверинцеваеп. Кассиана (Безобразова)Сведенборга, которую бумажную у меня кто-то ноги приделал, Щедровицкого прикола ради, ну и еще пару штук. Хай буде ))).



 

masterwind: (Default)
Люблю людей, которые могут ясно, четко (хоть и с незнакомыми мне словами иногда), а главное — быстро, слету, сформулировать что они не любят )). Вот у меня с этим косяки всегда — даже медленно и долго сложно сформулировать.
masterwind: (Default)
Старик Дивилин в большой чести был, представлялся за юрода, за блаженного. Хоть и жил затворником, а нет-нет да и показывался. Ходил старик под кличкой утопленника . Как-то еще вскоре после женитьбы попал он на Крещенье в прорубь и утонул. Стали искать, зацепили багром, на багре его и вытащили, подняли потом на руки и откачали. С тех пор и пошло: утопленник да утопленник, и вся тут. С тех пор и пошло: пить очень стал. Стукнет эта нелегкая минута, – сейчас же всю одежду с себя на пол да как есть, в чем мать родила, прямо на улицу. Дождь ли, слякоть ли, мороз ли трескучий или вьюга, – проходи мимо: никакого внимания. И все ему в ту пору раками представлялись, а сам он будто рак наиглавнейший, вроде как бы ихняя матка рачья. Вытянет старик руки, растопырит пальцы клешней и ловит. Кто б ему ни попался, всякого словит. Идет он прямо на базар и там первым делом за лошадей берется. Бьет во все кулаки скотину, лупит ее по морде, пока из сил не выбьется да где-нибудь у стойла тут же и притихнет. И лежит под рогожей неподвижно, как мертвец, глаза открыты, огромные без белков, и выпучены – рачьи, и сам весь красный, как вареный рак. А придет время, очухается, встанет и начнет бормотать да распинаться. Только слушай! Тут от баб ему прохода нет. Все, что, бывало, ни скажет утопленник, все так и сбудется. Никогда не обманывал. Такой уж, знать, дар был. Большим уважением пользовался человек, редко кому выпадет от человека такое большое уважение. Да пренебрегал, не нуждался. Другого старик хотел.

Алексей Ремизов «Чертик»

masterwind: (Default)
... Маракулин признавался как-то, что ему хоть и трид­цать лет, но почему-то, и сам того не зная, считает он себе ровно-неровно, ну лет двенадцать, и примеры привел: когда, скажем, случается ему встретить кого или в разговор вступить, то все будто старшие — старые, а он млад­ший — маленький, так лет двенадцати. И еще Маракулин признавался, что на человека он нисколько не похож, по крайней мере, на тех настоящих людей, которых постоянно увидишь в театре, на собраниях, в клубах, когда входят они или выходят, говорят или молчат, сердятся или довольны, ну, ни чуточку не похож, и что у него, должно быть, на­чиная с носа до маленького пальца, все не на своем месте сидит, так ему кажется. И еще Маракулин признавался, что он никогда ни о чем не думает, просто не чувст­вует, чтобы думалось, и если идет он по улицам, то так и идет, ну, просто ногами идет, а когда знакомят его, то различий он никаких не замечает и никаких особенно­стей ни в лице, ни в движениях своего нового знако­мого и только смутно чувствует, что один притягивает, дру­гой отталкивает, один ближе, другой дальше, а третий — все равно, но чаще преобладает чувство близости и уве­ренность в благожелательстве. И еще Маракулин призна­вался, что, с тех пор как начал он книги читать и с людьми столкнулся, самые противоположные мнения его нисколько не пугали, и он со всеми готов был согласиться, считая всякого по-своему правым, и спорить не спорил, а если прорывался и даже сам задирал, то по причинам совсем] бесспорным, о которых, между прочим, всякий раз пре­красно сознавал, только виду не показывал,— мало ли сколько таких причин бесспорных, житейских! И еще признавался Маракулин, что он сроду никогда не пла­кал, и всего один раз, когда уходила старая нянька, в последний ее день: тогда, забравшись в чулан, он захлебывался от первых и последних слез. И было у него одно примечательное сумасбродное свойство, над кото­рым обычно посмеивались: взбредут ему в голову пус­тяки какие-нибудь и он так за них ухватится и с таким упорством, словно бы вся суть в них и его собственной жизни,— ведь целое дело из пустяков себе выдумает! К празднику директору подается отчет, отчет обыкновенно пишется на машине — самый обыкновенный отчет, а вот ему почему-то непременно захочется самому переписать и своею рукою, и, хотя на машине скорее можно сде­лать и легче и проще и бланки такие есть, это его ни­сколько не смущает, как можно! — и ночи и дни он упорно выводит букву за буквой, строчит ровно, точно бисером нижет, и не раз перепишет, пока не добьется такого от­чета, хоть на выставку неси, вот даже какого! — почерком Маракулин славился. Завтра же этот отчет заложат куда-нибудь в бумаги, особого внимания никто не обратит, никому он такой не нужен, а времени и труда затрачено много и без толку. "Сумасбродный человек и в своем су­масбродстве упорный. Да вот еще, и чуднее еще расска­зывал Маракулин о какой-то своей ничем не объяснимой необыкновенной радости, а испытывал он ее совсем неожи­данно: бежит другой раз поутру на службу и вдруг бес­причинно словно бы сердце перепорхнет в груди, пере­полнит грудь и станет необыкновенно радостно. И такая это радость его, так охватит всего и так ее много, взял бы, кажется, из груди, из самого сердца горячую и роздал каждому,— и на всех бы хватило, взял бы, как птичку, в обе горсти и, дуя ртом, чтобы не зазябла, не выпорхнула эта райская птичка, понес бы ее по Невскому: пускай ви­дят ее, и вдохнут тепло ее, и почувствуют свет ее,— тихий свет и тепло, каким дышит и светит сердце от радости.
    Конечно, сам себя не рассудишь, на признаниях не выедешь: было, не было,— кто разберет? — но любовь к жизни и чутье к жизни, веселость духа, это в нем было правда.
    Слушая Маракулина и видя, как он к людям подхо­дит, по улыбке его и взгляду, приходила иной раз мысль, что вот такой, как он, во всякое время готов к беше­ному зверю в клетку войти и не сморгнуть, и не задумавшись руку протянет, чтобы по вздыбившейся бешеной шерсти зверя погладить, и зверь кусаться не будет.
    А как Маракулин огорчался, когда нежданно и нега­данно открывалось, что и его, как и всякого, ненавидеть могут, что и у него есть свои недоброхоты, что и он для кого-то, и бог знает из-за чего, бревном в глазу сидит!
    А ведь с Маракулиным что угодно можно было де­лать!
    И если он умудрился до тридцати лет дожить и удач­но, тут уж одно чудо — вещь невероятная.

Алексей Ремизов «Крестовые сестры»


 

masterwind: (Default)
.. и у того, кто собрал много, не было лишнего, и у того, кто мало, не было недостатка: каждый собрал, сколько ему съесть. (Исход, 16:18)
masterwind: (Default)
— Сударыня, ваши чувства делают вам честь, но едва ли христианские чувства...
 Я и говорю: какая я христианка?
Священник беспомощно взглядывает на председателя; тот говорит:
 Свидетельница, вы слушайте батюшку: он вам объяснит.
 Все мы, сударыня, грешны перед Господом, кто мыслью, кто словом, а кто и делом, и Ему, многомилостивому, принадлежит суд над совестью нашей. Смиренно, с кротостью, подобно богоизбраннику Иову, должны мы принимать все испытания, какие возлагает на нас господь, памятуя, что без воли его ни один волос не упадет с головы нашей. Как бы ни велик был ваш грех, сударыня, самоосуждение, самовольное отлучение себя от церкви составляет грех еще более тяжкий, как покусительство на применение воли божией. Быть
может, грех ваш послан вам во испытание, как посылает Господь болезни и потерю имущества; вы же, в гордыне вашей...
 Ну уж какая, батюшка, гордыня при нашем-то деле!
 ...предрешаете суд Христов и дерзновенно отрекаетесь от общения со святой православной церковью. Вы знаете символ веры?
 Нет.
 Но вы веруете в господа нашего Иисуса Христа?
 Как же, верую.
 Всякий истинно верующий во Христа тем самым приемлет имя христианина...
 Свидетельница! Вы понимаете: нужно только верить во Христа... —  подтверждает председатель.
 Нет! —  решительно отвечает Караулова. —  Так что же из того, что я верю, когда я такая? Когда б я была христианкой, я не была бы такая. Я и Богу-то не молюсь.
 Это правда... —  подтвердила свидетельница Пустошкина. —  Она никогда не молится. К нам в дом —  дом у нас хороший, пятнадцатирублевый —  икону привозили, так она на другую половину ушла. Уж мы как ее уговаривали, так нет. Уж такая она, извините! Ей самой, господин судья, от характера своего не легко.

Леонид Андреев «Христиане»
masterwind: (Default)

В духовном мире царит молчание. В том мире ещё не созданы словесные одеяния, в которые это молчание могло бы облачиться. Слово — это материальное одеяние мысли, но оно не может выразить чистую духовность, заключённую в нём. слово дотрагивается до мысли, но не содержит её. Духовный мир — это мир чувств, а чувства нельзя передать словами...
Рабби Мэндл

 

masterwind: (Default)
Дамы и господа!
Сновидения — это вид, кошмар — разновидность. Сначала я стану говорить о снах, затем о кошмарах.
На днях я перечитал несколько книг по психологии и почувствовал себя сбитым с толку. Во всех книгах говорилось об инструментарии и тематике снов (я могу в дальнейшем обосновать свое утверждение) и не было ни слова о том, чего я ждал — об удивительности, странности этого явления — сновидений.
Так, например, в книге по психологии «The Mind of Man» (Человеческое мышление) Густава Шпиллера, высоко мною ценимой, говорится, что сны соответствуют низшему уровню умственной деятельности (это мнение кажется мне ошибочным), и рассказывается о непоследовательности, о бессвязности фабулы снов. Я хочу напомнить вам о замечательном очерке Груссака (если мне удастся вспомнить и назвать его сейчас) — «Среди снов». В конце этого очерка, входящего в «Интеллектуальное путешествие», кажется, во второй том, Груссак находит удивительным, что каждое утро мы просыпаемся в здравом рассудке — или в относительно здравом — после того, как преодолеваем область сновидений, лабиринты снов.
При изучении снов мы сталкиваемся с трудностью особого рода. Их нельзя изучать непосредственно. Можно говорить лишь об оставшихся в памяти снах. Возможно, память о сновидениях не в полной мере соответствует им самим.
Великий писатель XVIII века сэр Томас Браун полагал, что наша память о снах беднее их великолепной реальности. Существует и противоположное мнение: что мы приукрашиваем сны; если считать сны порождением вымысла (а я думаю, так оно и есть), то, возможно, мы продолжаем придумывать их и в момент пробуждения, и позже, когда пересказываем. Я вспоминаю книгу Данна «An Experiment with Time» (Опыт со временем). Я не приверженец его теории, однако она настолько хороша, что ее стоит привести. Но прежде, для простоты (я перехожу от книги к книге, память моя оказывается быстрее мысли), я хочу обратиться к прекрасной книге Боэция «De consolatione philosophiae» (Об утешении философией), которую, безусловно, читал и перечитывал Данте, какчитал и перечитывал всю средневековую литературу. Боэций, которого называли «последним римлянином», сенатор Боэций представляет себе зрителя на бегах.
Зритель на ипподроме наблюдает с трибуны коней, начало бегов, их превратности, приход одного из коней к финишу — все последовательно. Но Боэций воображает себе и другого зрителя. Этот другой зритель наблюдает и первого зрителя, и бега: это, предположительно, Бог. Бог видит бега целиком, он видит их в один вечный миг, в их мгновенной вечности: старт коней, ход бегов, финиш. Все это он охватывает одним взглядом так же, как всю историю Вселенной. Таким образом, Боэций сохраняет оба понятия: свободной воли и Провидения. Так же как зритель на бегах видит весь их ход, но не оказывает на него влияния (кроме того, что последовательно наблюдает за ним), Бог видит все течение жизни, от колыбели до могилы. Он не влияет на наши действия, мы свободны в своих поступках, но Богу ведом — Богу уже ведом в этот, скажем, момент — конец нашей жизни. Подобным же образом Бог видит историю Вселенной, все то, что произойдет в истории Вселенной; он видит это в один-единственный блистательный, головокружительный миг, именуемый вечностью.

Хорхе Луис Борхес. Семь вечеров
Перевод В. Кулагиной-Ярцевой


masterwind: (Default)
Тут мыслю выдвинули... Не скажу на основе чего :))), ибо уплывет тема в неизвестном направлении (она и так никуда особо не двинется). А поскольку эту мыслю я могу озвучить только относительно себя, задаю вопрос вам, дамы и господа, клирики и лаики, художники и писатели, читающие и букаф не помнящие,  вобщем, фсем:

легко ли вам общаться со мной? :)
без реверансов плиз.



masterwind: (Default)
Решив посвятить себя на  вpемя  подвигy  юpодства,  котоpый  он считал одним из высших, заключающих «сокpовеннyю  мyдpость»,  Савва вел типичнyю для юpодивого скитальческyю жизнь. «Hе  как  попало  и необдyманно мyдpый пpикидывался дypаком, подобно некотоpым, котоpые не знаю каким  обpазом  обманывали  себя,  не  пpикидываясь  только дypаками, но бyдyчи ими и на самом деле по своим словам и делам, и, вместо того чтобы смеяться над демонами и миpом,  как  говоpится  y отцов, сами  подвеpгали  себя  насмешкам,  ибо,  еще  не  бyдyчи  в состоянии подчинить бессловесное дyши pазyмy и по пpедавшись всецело добpy, они ... низвеpгались легко в стpасти, бесстыдно  постyпая  и говоpя, словно безyмные. Hе так великий Савва». Специфическим  в юpодстве Саввы было то обстоятельство, что  он,  бyдyчи  yбежденным исихастом, исполнял одновpеменно и обет молчания, что пpиносило емy дополнительные  тяготы.  Впоследствии  Савва  Hовый  отказался   от юpодства и веpнyлся к иноческой жизни...

Древнерусское юродство. Глава из книги «Смех в Дpевней Рyси»



masterwind: (Default)
Колесо

Под Юрья говорит отец сыну:
— На тебе, Иван, мартову поясину: (в марте прядется такая). Не спи ночь, сторожи скотину: в эту ночь будут ходить басаркуны.
— А как я узнаю, что басаркуны?
— А всякий, кто будет идти к овцам — собака ли, кошка ли или конь или коза, а то бывает, и колесом подкатит, и ты лови и вяжи за эту поясину.
— Хорошо, спать я не буду: буду сторожить.
Пришла ночь, не спит Иван: глазами в ночь — на сторожбе. И около полночи показалось: катит колесо — живо так бежит, так бежит — прямо к овцам. Тут он изловчился, хвать за колесо да к дереву да за поясину и привязал. Опять глазами в ночь — не подкатит ли и еще чего? — не спит. Стало светать, запели петухи — и слышит: от дерева кличет — женский голос кличет, просит отпустить — и нет колеса, а стоит кто-то просит: «отпусти меня!» И как совсем рассвело, видит: Марья стоит, соседская — через рот, через нос поясинои к дереву привязана.
— Отпусти! Отпусти! Отпусти!
— А ты чего шла?
Та и призналась: «шла молоко брать у овец».
— Я тебя отпущу,— сказал Иван,— только ты научи меня ворожить.
— А ты побожись, что никому не скажешь.
— Вот те крест! — побожился Иван. Она ему и стала рассказывать про свое — басаркунье.
Солнце поднялось, идет отец — а девка так вся и скорчилась — через рот, через нос поясинои к дереву привязана! — стыдно.
— Эк, басаркунья! — крикнул старик,— мое молоко воровать!
А та уж не просит, только смотрит: «отпусти»! Старик долбанул ее хорошенько — да чтоб впредь не шаталась в стадо — «побожись»! — кричит.
— Вот те крест! — побожилась Марья. Развязали поясину, отвязали от дерева, отпустили девку — и! пустилась — без оглядки.
Иван все рассказал отцу: и как колесо катилось и как он поймал колесо и к дереву привязал, а из колеса стала Марья, и как Марья отпустить просила.
— Марья — басаркунья: она не то что колесом, она может козой, может и кошкой.
И в другую ночь пошел Иван сторожить скотину — теперь он все знает — он отличит какого хочешь басаркуна, его не обманешь!
А на утро, когда пришел отец, а сына и нет. Покликал — нету!
А Иван — там, где колесо у дерева привязано было, у дерева мертвый: висит на поясине. Задушила басаркунья. Так и пропал. Видно, тайна так не дается, и никакой поясинои ее не взять!

А. М. Ремизов «Басаркуньи сказки»



masterwind: (Default)
Взгляды, уборы, обходительства, роскоши и прочие поступки везде показывают, что монашество в молодости ничто иное есть, как черным платьем прикрытое блудодеяние и содомство… не упоминая о бывающих детоубивствах, когда законопреступление закрывают злодеянием. Мне кажется, что надобно клобук запретить мужчинам до 50, а женщинам до 45 лет.

М. Ломоносов «О сохранении и размножении российского народа»




masterwind: (Default)
— Сергей, я предложила договориться о терминах, поэтому привела тексты из словарей. Если у вас какое-то иное понимание терминов, использованных в моем посте, то мы так ни до чего не договоримся. Если вы спорите только ради спора, чтобы последнее слово осталось за вами — ради Бога.
:))) с терминами все нормально :)), никакого разногласия. Разница в интерпретации терминов :)), взаимосвязей. Наверное и опыта. Я не об опыте предмета разговора как таковом. Наши «разногласия» в том, что для Вас уровень словарной трактовки достаточен, Вас устраивает именно этот «этаж», для меня он недостаточно глубок, вот и всё :)). В этом здании есть этажи и ниже и выше.
Словарь может быть уместен :)). В одном случае — когда человек действительно интерпретирует некий термин совершенно по-своему, наполняя его совершенно отличным от принятого смыслом, а с «родным» попросту не знаком. В остальных случаях все видимые разногласия лежат в иной плоскости, глубже внешней терминологической. На уровне достаточности трактовок эти причины обычно не заметны человеку, если только он специально не занят поиском в этом направлении. Как правило, упор делается на внешние разногласия :)), и говорят о «споре ради спора». Всё очень просто. Очень :)).


masterwind: (Default)
... я старый, больной человек, а гири тяжелые. © Михаил Самуэлевич Паниковский, человек без паспорта


masterwind: (Default)
Я думаю, что читать книги — и не заслуга и не незаменимая необходимость (сказал, прочитав больше несметное количество):))).
Что заставляет человека читать? Я о художественной литературе любого жанра. С учебниками и специальной всё понятно. Что получает человек, прочитав даже «лучшие» из книг? 100, 400, не важно. Он умнеет? Нет. Я знаю людей, которые с книгами не расстаются, читают, читают, читают... Не Маринину и т.п., хотя, и их тоже, но и «пристойную» литературу. При этом 2-х слов связать не могут и по жизни лохи лохами. Знаю людей, которые вообще книг не читают, выйдя из школы, где поневоле заставляли школьный курс читать (я, например, «Войну и мир» раза 4 начинал, но дальше 1/3 первого тома не продвинулся), но при этом весьма велиречивы, красноречивы и т.д., ум живой, энергичный. Знал людей, которые ни писать, ни читать к своим годам во сколько-то десятков лет не умели, красивых (вычурных) слов не произносили, заумных бесед часами не вели, но при этом обладали душевным теплом, живостью и светом этой самой души, причем, совершенно естественно, без напряга и показухи, а в словах была та самая бЕндеровская «сермяжная правда» — настоящая, жизненная, не высосанная из пальца, в том числе и чужого— процитированная из прочитанной книжки, мысли автора которой показались очень умными и мудрыми.
Да, на определенном этапе становления, развития, взросления, наверное, человеку нужны чужие мысли (мы ж общаемся между собой). В одних книгах он находит подтверждение собственным мыслям, возможно, более оформленных художественно и стройно преподнесенных. В других находит оправдание собственным комплексам и недостаткам, изложенное в привлекательной и убедительной на его взгляд форме. Третьи наталкивают на определенные мысли, ответ на которые человек ищет всё в тех же книгах, перечитывая их тоннами, и иногда кажется, что вот она — жар-птица, осталось за хвост ухватить. Поймал, на какое-то время обрадовался, потом посмотрел «свежим» (критическим) взглядом, а там курица облезлая, ну, в лучшем случае — муляж павлина. Для четвертых книги — в принципе источник чужих мыслей, взятых на собственное вооружение, видел и таких, вплоть до того, что наизусть учат абзацы, чтобы ввернуть в нужное время в нужном обществе.
Как бы то ни было, опустим все патологии, пусть и выраженные в самой безобидной для окружающих форме, но залепившие мозг человека. Оставим тезис — развиваемся, мудреем.
А каким образом? Мудрость — не свойство ума, это свойство души, сердца. Мудрость приобретается не в чтении книг, а в чтении самой жизни, анализе опыта, сопоставлении, через ошибки, ямы и извилины пути, взлеты и падения, приобретения, осознания и т.д. Не через вымысел, пусть и самый художественный, не через «жизненную» книжку, хотя и художественно изложенную, вычлененную, гипертрофированную, акцентированную и т.д. (чтоб нам понятнее было). Любая суперкнига — это всё равно МНЕНИЕ другого человека. Оно может быть миллион раз интересным и красочно изложенным, но это лишь мнение частного лица о частном, с которым по разным причинам (подчеркнуто) могут согласится тысячи других. Это чужой опыт, чужие чувства. Не имея этого опыта, никто и никогда не испытает те же чувства ни по силе, ни по оттенкам. И, как ни крути, это никогда не станет вашим опытом. С этим может согласиться ваш ум, может обольститься сердце, но это не станет твоим, пока твоя душа не пройдет через этот опыт и не родит этот вывод. Я своими словами, сохранив смысл.
Ум ограничен и конечен, в конце-концов смертен. И непостоянен. Сегодня ему нравится одно, завтра другое, послезавтра его увлекли там...
Рано или поздно человек взрослеет и перестает нуждаться в «костылях», чтобы не упасть, он учится ходить сам. Он приобретает опыт. Иногда говорят: вот когда я помудрею... А когда? Сколько книг нужно для этого прочитать и каких? Сколько лет прожить?

July 2014

S M T W T F S
   123 4 5
6789 1011 12
13 14 1516 171819
20 21 2223 24 2526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 18th, 2017 01:50 am
Powered by Dreamwidth Studios